Дембельский аккорд 2

Дембельский аккорд 2

Альберт Зарипов

ДЕМБЕЛЬСКИЙ АККОРД

Часть вторая

Глава 32. Война — тяжёлая работа…

А жизнь всё же продолжалась
Как и десятки-сотни лет назад
Земля вокруг оси вращалась
И выстрелы… Как и тогда звучат
А.М.

Следующий день… «Э-эх!» Следующий день настал. Неизбежный и неумолимый… До самого его приближения мириады звёзд бесстрастно и холодно мерцали почти всю ночь… Зачастую скрытые сплошной пеленой тяжёлых облаков и периодически освобождаемые от этого плена вольными воздушными потоками… Ближе к рассвету ночная мгла стала постепенно сереть… И вскоре там, где эти серые краски были самыми светлыми… Вскоре там забрезжила и заалела тоненькая полоска зимней зари. Предвещая неминуемое наступление очередного дня.

— Рота, подъём!

Двумя короткими словами долгая-предолгая зимняя ночь была напрочь перечёркнута и окончательно-безвозвратно задвинута в анналы новейшей военной истории. Как впрочем и все её предыдущие сёстры… Тёмные ночи… Освобождая путь братьям — дням…

— Построение перед палаткой — через две минуты! Форма одежды номер три!

Утро началось как обычно… То есть с физической зарядки! Ведь ничто так не взбадривает моральное состояние военнослужащих как ускоренное передвижение по относительно пересечённой местности!.. Ну, а последующее рукомашество и дрыгоножество хоть и является сильной пародией на занятие рукопашным боем, но тем не менее и они в дополнительной мере оздоравливают духовную и телесную составляющие молодого солдатского организма…

— Выходи строиться! Живо-живо! Кто там ещё копошится?!

Вчерашние трагические события не должны были вводить нас в глубочайшую депрессию с её непредсказуемыми последствиями… Все эти печальные факты, конечно, послужили всем нам очень хорошим уроком по предмету «Не влезай, не подумавши»… И им следовало очень хорошенько отпечататься в нашей памяти, чтобы больше не повторяться… Ни-ког-да…

— Это кому это там нужно особое предложение?! А-а?!

Однако все эти вчерашние трагические обстоятельства и нынешние тягостные моменты не имели никакого права вводить какие-либо ограничения на нашу дальнейшую боевую и повседневную деятельность. Ведь война есть война. Хоть и будь она трижды проклята… А по некоторым житейским аспектам они даже подстёгивают определённые стремления… К выживанию!

— Напра-ВО! Бегом марш!

Как и следовало того ожидать, группа молодых бойцов пробежала практически всю дистанцию… Сто пятьдесят метров до солдатской кухни, то есть на приятно дразнящий запах… И обратно столько же, но уже к притягательному теплу палатки… Тогда как группа старослужащих предусмотрительно «выдохлась» уже на полпути, ведь именно в этой точке встретились «рвущийся» вперёд опыт и мчащаяся назад молодость… В конечном итоге к финишу они пришли рука в руку…

— Пятнадцать минут вам на умывание, наведение порядка и остальное шалопутство!

Завтрак тоже случился по распорядку… То есть в промежутке времени между восемью часами утра и девятью часами всё того же Утра… Такое соответствие нынешних дел установленным ранее правилам явно шло на пользу солдатским желудкам, а значит и здоровью военнослужащих! Ведь гораздо приятнее и вкуснее поглощать только что сваренную кашу, от которой распространяется такой аппетитный аромат, дополняемый лёгким парком… Чем грызть потом уже застывшие куски перловки… Пусть даже и с мясом…

А вот для нас, то есть командиров, в смысле офицеров, сегодняшнее утро преподнесло несколько сюрпризов… В рукомойнике рядом со входом в офицерскую столовую полностью отсутствовала вода. Но это явилось самой мелкой неприятностью… Подумаешь, внутренняя поверхность наших кистей лишь чуточку светлее наружной!..

— Гля-а!..

Самый любопытный из всех нас, то есть Стас, узрел в полусотне метров справа что-то интересное… Там на плацу на невысоких подставках находилось что-то длинное… Неизвестно зачем обёрнутое печально-узнаваемой блестящей плёнкой… Гарина потянуло туда со страшной силой, но… Подошедший ко входу пехотный офицер хмуро сообщил ему о том, что это на табуретках лежат тела начальника разведки и его подчинённого… Мы все разом остановились, как вкопанные, вспоминая некоторое время погибших… И мысленно поминая их…

Затем на раздаче пищи мы повстречали того самого повара-дембеля, который был так разительно похож на гомик-конферансье из знаменитого фильма с Лайзой Минелли… Увы… Даже эта великолепная актриса не улучшила нашего настроения…

Ну, и напоследок нас поджидал ещё один «сюрприз». Когда в столовой стало посвободней, в дальнем её углу мы увидели сидящего за своим персональным столиком командира 166-ой бригады, поедающего свой завтрак с нескрываемым раздражением… Может быть потому, что пищу ему подносил тот плюгавый прапор… По-лакейски услужливый… С гнилыми зубами… И смердящим зевом… Причин этого раздражения комбрига мы так и не узнали…

Не сговариваясь, мы наспех закончили свою возню с ложками да вилками… Лишь один, самый неприхотливый и весьма непритязательный из нас, остался доедать свою законную порцию… Но и он быстро догнал нас на полпути к палатке…

— Уф-ф! И куда вы так ломанулись?!.. Подумаешь…

— Два пидара в одном месте?! Так что ли?!

— Ну-у…

— Хер гну!.. И два трупа!.. Напоказ!

— Ну-у… Чего вы так раскипятились?!.. Жизнь сейчас пошла такая!

— Педерастическая?!.. Это да!..

— Нормальные и правильные мужики погибают… А эти суки живые ходят!

— Ну, ладно-ладно! Закончили!.. Не при бойцах же!

Практически нейтральной оказалась для нас новость, которую принёс следом за нами в палатку капитан Скрёхин. Он только что «прокачал» связь с командованием нашего батальона и теперь мог сообщить нам последние директивы из Центра…

— «Налёт Старые Новые Атаги запрещаем тэчека Работайте собственному усмотрению районе поиска тэчека!»

Сначала майор Пуданов перечёл это секретное сообщение, отправленное нам для экономии в телеграфном стиле. Затем с ним ознакомился и я. Ведь капитан Скрёхин при зачитывании этого текста с бумажки мог запросто что-то упустить. А личное ознакомление командира разведгруппы с адресованной ему шифрограммой имеет гораздо важное значение, чем громогласно-публичное озвучивание этих двух коротких совсекретных строчек долговязым связистским капитаном… Как оказалось, мало что понимающим в нашей спецназовской жизни. Ведь он совершенно не умеет читать между строк! Тогда как я очень многое понял и уяснил лично для себя…

Итак… Первая фраза звучала приблизительно так… «Налёт на Старые Атаги или Новые Атаги запрещаем». На первый взгляд вроде бы и всё! Но при более пристальном изучении, да ещё и в дословном дешифровании эта фраза означала следующее… «Налёт»… Чего-о?!.. Какой-такой налёт?! Так и сяк вашу мать! Я вам такой налёт устрою, что вам самим мало не покажется! Растудить вашу в качель!.. Устроили там боевые соревнования групп! С пехотной разведкой решили потягаться?!.. Так и сяк, да разэдак!.. Вас отправили засады ставить, вот и занимайтесь этими засадами! Умники хреновы… «Старые Атаги»… Что-о-о!.. Совсем охренели?! Да вы понимаете, что эти растреклятые Старые Атаги находятся прямо на магистральной дороге, по которой сейчас снабжаются наши войска в Аргунском ущелье? Понимаете или нет? И в случае активизации боевых действий в этом селе нашему командованию придётся создавать дополнительную войсковую группировку для полнейшей нейтрализации всех, повторяю, всех очагов сопротивления!.. С привлечением авиационных соединений и артиллерийских частей! А международные правозащитные организации!.. Вы о них подумали?.. «Новые Атаги»… Это уже полегче, но тем не менее… Новые и Старые Атаги — это то же самое. Только в профиль!.. смотрите предыдущий пункт… «Запрещаем».. Думаю… Комментарии излишни!.. Да и окончание во множественном числе красноречиво доказывает то, что не только комбат Сухов, но и всё командование нашего славного батальона, мягко говоря, не одобряют эту нашу затею…