Кошмары рая

Кошмары рая

Нехороший человек Федор Березин. Взял и написал статью о «Туманности Андромеды». Мало того, что на классика наехал, так ведь и сделал это раньше меня!

Зато если у меня и были сомнения о моральности и полезности такого мероприятия, то он их развеял, за что спасибо. И взглянув на читанный-перечитанный роман со своей колокольни, еще раз доказал, что классику перечитывать надо. И думать при этом.

Что же касается «наезда»… а может, это и не наезд ? Судите сами. Но начну немного издалека (впрочем, как и уважаемый Березин). Но Федор смотрит вперед, как и подобает фантасту, а у меня с детства привычка поглядывать под ноги, а также оглядываться. В результате Березен спрашивает "для чего все это ? Зачем жители далекого и прекрасного будущего экономят энергию и терпят бытовые неудобства?"; а я, личность более приземленная, спрашиваю "почему все это?".

И ответ получается мрачноватый. Впрочем, начнем сначала.

В прекрасном мире нет ядерной энергии. На первый взгляд — совсем. И это хорошо. Но только тоже на первый взгляд. Потому что в самой середине романа, в незначительном эпизоде, все-таки упоминается, что в в «глубине старых выработок на материке запрятались установки ядерной энергии». А используется она для питания «сложнейшего комплекса машин», добывающих титановую руду. Так что без атома все-таки не обойтись… И не обходятся. Но боятся. Боятся настолько, что по «Великому Кольцу» посылают предупреждения о недопустимости использования атомной энергии. Боятся также эпидемий (о них позже), но особенно опасаются инопланетной заразы. Одни карантины на Тритоне чего стоят. А уж меры безопасности, предпринятые экипажем «Тантры» на темной планете!

Кстати, о «Тантре». Экипаж звездолета не знает его маршрута! Эрг Ноор вскольз упомянул (а, скорее всего, проболтался):

«Если бы … мы могли получить горючее, — продолжал он в ответ на немой вопрос собеседницы, — я повел бы экспедицию дальше.»

Мило, не правда ли ? Особенно, если учесть, что его собеседница — не корабельный кок, а астронавигатор.

Параноидальная секретность всплывает неоднократно, особенно в областях, так или иначе связанных… опять же, с различным излученим.

"Изучают ископаемых животных пермской эпохи — двести миллионов лет тому назад. Трепещу с нашими жалкими тысячами…

— Сразу изучают, не выкопав? Как же так?

— Да, сразу. Но как это делается, еще не узнала.

Один из сидевших за столом, тощий желтолицый человек, вмешался в разговор:

— Сейчас наша группа сменяет другую. Только что закончили подготовку и приступаем к просвечиванию.

— Жесткими излучениями? — догадался Дар Ветер."

Помните ? Очаровательная спутница Дар Ветра — тоже не уборщица, а профессиональный историк, и раскопала не одну сотню курганов. И абсолютно не в курсе не такого уж нового метода.

Ну да ладно… Обе женщины весьма привлекательны, и допустим (всего лишь допустим!), что высокопоставленные мужи таскают их с собой… ну, скажем так, по другой причине.

Но что это ?

«Заведующие памятными машинами... решали, что из полученных сообщений следует увековечить в памятных машинах, что направить в линию общей информации или дворцы творчества».

Что-то мне это напоминает…

«Почему-то их прозвали гнездами памяти. Если человек хотел избавиться от ненужного документа или просто замечал на полу обрывок бумаги, он механически поднимал забрало ближайшего гнезда и бросал туда бумагу; ее подхватывал поток теплого воздуха и уносил к огромным топкам, спрятанным в утробе здания.»

«1984» , если кто не узнал.

Кстати, терминология Оруелла кое-в-чем напоминает язык Ефремова! Не замечали ? Министерство Любви — Академия Горя и Радости. Министерство Изобилия — Академия Производительных Сил. Академия Стохастики и Предсказания Будущего — Министерство Правды.

И вообще, новояз шагнул далеко вперед. Можно ли сравнивать примитивное слово «неголод» с жизнеутверждающим «прекращением невероятной расточительности питания» ?

Итак, в мире Ефремова царят жесточайшая цензура, секретность, радиофобия… что еще ? Промывания мозгов не хватает.

Впрочем, хватает.

Корабельный врач предлагает легко излечить Эрга Ноора от любви. О квалификации современных судовых врачей всем известно — они в основном пользуются зеленкой, а не новейшими медтехнологиями. Следовательно, если технология тонкого вмешательства в эмоциональный баланс — это «зеленка», то ?

А вот еще: аппарат гипносна, психоделическая музыка, «голубые сны, от которых человек становится благодушным и слишком спокойным».

Оруэлловский О'Брайен со своими крысами отдыхает.

А вот чего у них нет, так это компьютеров. То есть, они есть, но… Малая модель «электронной расчетной машины» имеет свой стол. К скольки шкафам присоединен этот стол, неизвестно, но «до сих пор из-за большого веса, размеров и хрупкости нельзя было устанавливать на звездолетах электронную машину-мозг типа ИТУ для всесторонних операций». А «памятные сети — коридоры в километры длиной, составленные из миллиардов элементов».

А ведь плохо им без компьютеров! Расшифровка первого сообщения от инопланетян (специально закодированного так, чтобы кто угодно мог его расшифровать ) заняла 90 лет. Разработка переводных машин — 200 лет . Для сравнения — у нас языковые модули к Promptu появляются чуть ли не каждые полгода. Интернета тоже, естественно, нет. Есть какая-то «общая линия» — но что в нее направить, решают те самые «заведующие памятными машинами...» Причем, это не телевизор — по общей линии можно заказать хоть видеоролик из каталога, хоть целую цветомузыкальную симфонию (чего по интернету сделать, кстати, нельзя) — то есть, дело не в технике. Техника позволяет. Даже с космосом связь вполне, вполне…

Хотя нет.

Связь-то есть, но какой ценой она дается! Для связи с орбитальной станцией приходится пробивать канал. У Ефремова написано — «в атмосфере», я же скромно предполагаю, что воздух электромагнитным лучам не такая уж большая помеха, а все дело в ионосфере. То есть, в радиационном поясе. Которого сейчас нет — ведь, в конце концов, мы вполне успешно связываемся с Луной, Венерой, Марсом. Эросом вот с недавних пор. Значит пояс — искусственный, образованный, скорее всего, космическими ядерными взрывами.