Пилот вне закона

— Не забывай, с кем ты говоришь, Змей! — произнес Симон. — Встречу назначил я! Это значит, что безопасность гарантирую я! Будут еще вопросы?

Змей покаянно приложил руки к груди и склонил голову. Вопросов у него больше не было.

После этого Симон продолжил:

— Слушайте, братья, мое первое слово. Все идет согласно установленному плану. Я думаю, никто не будет оспаривать мнение специалистов — братьев Змея и Дракона?

Оспаривать никто ничего не стал.

— Тогда, брат Дракон, твоя задача сделать все, чтобы Конкордия начала войну. Брат Лебедь, ты должен переправить на Землю максимальное количество акселерированных животных-диверсантов. Именно им предстоит нанести первый удар по прогнившим Объединенным Нациям!

Лебедь и Дракон одновременно покивали головами.

— Братья Лев, Бык и Скорпион, ваша задача ускорить внедрение новых технологий: выкупленных ли у чоругов, отнятых ли у ОН или наших собственных — не суть важно. Важно то, что Братство должно быть готово выступить в решительный момент как единственная и неотразимая сила, которая принесет мир истерзанному войной человечеству. Мир и Свет Истинной Веры!

Названные персоны тоже поклонились в знак согласия.

— Слушайте мое второе слово, братья. Все вы задаете важный вопрос: когда? С одной стороны, все распланировано до мелочей и менять наши планы просто опасно. С другой стороны, мы на войне, а на войне бывает время, когда планы рушатся и надо импровизировать. Не настало ли время импровизаций? Не надо ли начать раньше? Прошу высказаться.

— Я против. Считаю, что изначальные сроки идеальны, иначе мы просто не успеем подготовиться, — сказал Лев.

— Я против, — поддержал его Бык. — Причина та же.

— Я тоже против, не нужно импровизаций, — произнес Скорпион.

— Присоединяюсь к братьям. Лучше работать по выверенному плану. Время — это тоже оружие, не нужно им разбрасываться, — шепнул Лебедь.

— Я уже сказал, но повторю: сроки надо сдвигать. Минимум на полгода! — молвил брат Змей и темпераментно хлопнул себя по колену.

— Вариантов нет, надо начинать раньше. Таковы обстоятельства, — сказал брат Дракон.

Бегущий за Солнцем помолчал. Молчал он долго, даже когда пауза перешла границы приличия и собрание начало тревожно ерзать в креслах. Только через три, а может и пять минут он поднял склоненную голову и сказал:

— Слушайте мое решение. Я поддерживаю стратегов. Ждать мы не можем. Время сейчас — это жизнь, но времени нет. Объединенные Нации взяли слишком быстрый темп. Нам надо его не только выдержать, но и перегнать. Война начнется в ночь с 6 на 7 января, когда русские празднуют свой нечестивый праздник Рождество, а вся Директория или валяется пьяная, или стоит со свечкой в церкви. Таким образом, мы начинаем на семь месяцев раньше изначального срока. Так решил я, и пусть мое решение станет решением ваших сердец, братья. Да будет так, во имя Света!

— Во имя Света! — сказал Лев.

— Во имя Света! — сказал Бык.

— Во имя Света! — сказал Скорпион.

— Во имя Света, — прошептал Лебедь.

— Во имя Света! — сказал Змей.

— Во имя Света! — сказал Дракон.

Братья прощались, троекратно целуя друг друга, и по одному покидали старый, ветхий зал.

Последним уходил Дракон. Наедине с тишиной и темнотой остался Бегущий за Солнцем.

Часть 1

Глава 1 ГРЕХОПАДЕНИЕ

Август 2621 г.

База «Последний Ковчег»

Система Шао, астероидный пояс Дун-шань, планетоид Кровавая Мэри

«Шао — наименование двойного астрообъекта в Тремезианском поясе, состоящего из собственно звезды, красного гиганта Шао и черной дыры Проклятая Шао. Объекты вращаются вокруг общего центра масс с периодом 254 часа.

Гравитация черной дыры непрерывно совлекает со звезды Шао верхние слои атмосферы (внешней газовой оболочки), формируя классический плазменный аккреционный диск. Диск является мощным источником рентгеновского излучения.

Система Шао чрезвычайно обильно населена. В системе 14 планет с многочисленными спутниками, 4 плотных астероидных пояса, более 25 астероидных скоплений (роев).

Сильное корпускулярное и рентгеновское излучение центральных тел системы, а также огромное количество комет и мелких астероидов крайне затрудняют и содержание космических станций, и любые перелеты.

Шао по праву считается одной из самых негостеприимных систем, известных Великорасе».

Тремезианский пояс: от Крокуса до Зосмы (популярный астрографический справочник). Издание 29-е, дополненное. Москва, «Учебная литература», 2620 г.

Жизнь у меня пошла ой какая нескучная!

Это я поначалу хандрил: вот, занесло в Тремезианский пояс, работаю натурально волом, никакого смысла и ни одного просвета. Думал, умру со скуки! А потом такое завертелось! Ну да вы, наверное, помните.

И со смыслом вышел полный порядок, товарищи из Глобального Агентства Безопасности постарались. Достань-ка нам, бывший кадет Румянцев, информацию о свежеоткрытой агрессивной ксенорасе, раз у тебя так здорово получается попадать в неприятности.

Агрессивная ксенораса — это неприятность? Факт!

Значит, статистически ты, дорогой друг, имеешь все шансы угодить в нужное время и нужное место. А вот тебе на запястье шпионский агрегат, который нам все-все зафиксирует…

Со смыслом и развлечениями, значит, наладилось.

Плохо получалось с практическим воплощением твердой морали русского офицера, пусть и несостоявшегося. Что случилось вы, мои внимательные читатели, конечно же помните: Андрея Румянцева заарканили пираты! А он, то есть я, кричал в эфир на всю Галактику, что просто мечтает попасть в их дружный коллектив!

Попробовали бы вы не кричать! Истребитель-то мой засасывала черная дыра по имени Проклятая Шао, а единственной посудиной с движками подходящей мощности, способными побороть тяготение сего пренеприятного релятивистского объекта, на много-много миллионов кэмэ вокруг был «Левиафан» — чертов рейдер «Синдиката TRIX». На борту его имелась теплая компания, а заодно — Тойво Тосанен, хитрый двуличный финн, который всю эту колбасу и закрутил.

Именно он угнал с орбитальной станции «Тьерра Фуэга» сверхсекретный истребитель, я бросился его догонять через Х-ворота и оказался прямо в жо… в окрестностях Проклятой Шао. Где меня и поджидала небогатая альтернатива: быть разорванным на куски гравитацией смертоносного природного феномена или оказаться на борту «Левиафана». Я закономерно выбрал второе и попал в ряды инсургентов — скомпрометированный в глазах общественности по самую макушку.

Лучше позор, чем лютая смерть, скажете вы? Черт его знает, отвечу я.

Потому что не одним позором здесь пахло, ой не одним позором!

Итак, «Левиафан».

Я стоял на ангарной палубе контейнеровоза, перестроенного в авианесущий рейдер, а напротив маячила неприятная белобрысая башка Тойво Тосанена. Близ моего флуггера околачивалась встречающая делегация из пяти пиратов: потертые летные комбезы, куртки на вакуумных застежках, кепки и банданы — шваль на первый взгляд.

Зато пять стволов внушали уважение!

Так что не стал я дерзить, показывать характер и все такое. Да и поздно было дергаться: куда ты денешься с чужого звездолета в космосе?

— Тойво, — сказал я, — даже не знаю: расквасить твою отвратительную харю или благодарить за спасение ценного летного кадра в моем лице?

— Это Кормчему решать насчет благодарности, — ответил финн. — Да и ценность свою ты еще должен доказать. А вообще рад тебя видеть! Я же говорил, что мы еще встретимся, Андрей!

Тосанен расплылся в улыбке, хрен его знает — то ли издевательской, то ли в самом деле радостной.

— В любом случае без тебя я бы пропал…

— Зато без меня ты бы здесь и не оказался!

— Тоже верно.

— Гляди веселей. «Синдикат» — это тебе не унылый «DiR».[1] Здесь возможности, деньги, только успевай поворачиваться!