Ночной мятеж

Ночной мятеж

Эрик Фрэнк Рассел

НОЧНОЙ МЯТЕЖ

Ночной мятеж - i_001.png

Рисунок В. ЧЕРНЕЦОВА

Командующий Круин спустился по выдвижному металлическому трапу и, немного помедлив на нижней ступеньке, важно поставил сначала одну, а затем и другую ногу на землю неизвестной планеты: первый из ему подобных в этом неведомом мире.

Он стоял, ярко освещённый солнцем, огромный человек, облачённый в одежду, каждая мелочь которой была заранее продумана для столь важного события. На безупречно сшитом сине-зелёном, без единого пятнышка кителе сверкали и переливались драгоценные камни орденов.

В тени под козырьком богато разукрашенного шлема светились самодовольством суровые глаза.

Из люка над его головой, покачиваясь, спускался микрофон. Взяв его в громадную левую руку, Круин бросил вперёд холодно-пристальный взгляд, в котором угадывались огромный опыт и прозорливость. И в самом деле, этот момент был не менее фантастичен, чем другие моменты в истории планеты, с которой он прибыл.

«Именем Гульды и её народа я занимаю эту планету». И он отдал честь быстро и чётко, как автомат.

Из носовых отверстий стоящих перед ним двадцати двух длинных чёрных космических кораблей одновременно показались триумфальные красно-чёрно-золотые знамёна Гульды. Семьдесят человек в каждом из двадцати двух кораблей вытянулись в струнку, отсалютовали и стройно запели: «О Гульда, отчизна небесная!»

Когда пение кончилось, командующий Круин снова отсалютовал. Члены команд вторили ему. Круин поднялся по лестнице на флагманский корабль. Закрыты все замки. В боевом строю, безукоризненно прямой колонной, через равные интервалы двадцать два корабля-захватчика двинулись вдоль по долине.

Восточнее, на небольшом холме в миле от колонны что-то горело, и стоял столб густого дыма. Огонь яростно полыхал среди обломков того, что недавно было двадцать третьим космическим кораблём. Это была восьмая по счёту потеря с тех пор, как три года назад армада отправилась в полёт. Сначала их было тридцать. Осталось двадцать два.

Такова цена империи.

Вернувшись в свою кабину, командующий Круин грузно опустился в кресло за столом, снял тяжёлый шлем и поправил ордена.

— Четвёртый этап, — сказал он с удовлетворением.

Помощник командующего Джузик с уважением склонил голову. Он подал Круину какую-то книгу. Открыв её, Круин стал рассуждать вслух:

— Первый этап: «Проверить, пригодна ли данная планета для нашей формы жизни». — Он несколько раз провёл рукой по своим широким скулам. — Мы знаем, что она пригодна.

— Так точно, сэр. Это ваша великая победа.

— Благодарю вас, Джузик. — На одной стороне широкого лица Круина появилась и исчезла кривая улыбка. — Второй этап: «Оставаться за пределами видимости с планеты на расстоянии не менее чем один диаметр планеты до получения сведений от машин-разведчиков о наличии форм высшей жизни». Третий этап: «Выбрать место для посадки вдали от наибольших очагов возможного сопротивления, но вблизи от источника сопротивления, достаточно малого для овладения им». Четвёртый этап: «Торжественно провозгласить планету владением Гульды согласно Наставлению по порядку действия и дисциплине». — Он снова потёр свои скулы. — Мы всё это выполнили.

Круин удовлетворённо посмотрел в маленький иллюминатор над креслом. Он снова увидел столб дыма на холме, нахмурился, и на его скулах обозначились желваки.

— Пройти полный курс подготовки и квалификационную комиссию, — проворчал он с горечью и презрением, — и в результате — катастрофа. Ещё один корабль, и ещё одна команда погибли, и это в тот самый момент, когда цель уже достигнута! Восьмая потеря. Когда я вернусь, учебному центру аргонавтики не избежать чистки.

— Так точно, сэр, — с готовностью подтвердил Джузик, — этому нет оправдания.

— Ничему и ни в чём не должно быть оправдания, — отрезал Круин.

— Так точно, сэр.

Презрительно фыркнув, Круин продолжал изучать книгу.

— Пятый этап: «Выполнить защитную подготовку, как указано в Уставе обороны». — Он взглянул на худощавое, с правильными чертами лицо Джузика. — У всех капитанов есть Устав обороны. Выполняются ли инструкции устава?

— Так точно, сэр. Капитаны уже приступили к их выполнению.

— Тем лучше для них. Самые медлительные будут понижены в должности. — Лизнув большой палец руки, он перевернул страницу. — Шестой этап: «В случае, если на планете имеются формы жизни, обладающие разумом, следует захватить несколько образцов». — Откинувшись в кремле, Круин с минуту о чём-то размышлял, а затем отрывисто спросил: — Ну, чего же вы ждёте?

— Прошу прощенья, сэр!

— Выполняйте инструкцию, — прорычал Круин.

— Будет исполнено, сэр, — не моргнув, ответил Джузик, отдал честь и вышел из кабины.

За ним автоматически закрылась дверь. Круин посмотрел на неё со злостью.

— Чёрт побери этот учебный центр! — прогремел он. — Плохи там стали дела с тех пор, как я ушёл оттуда.

Положив ноги на стол, он стал ждать, когда ему доставят образцы разумных существ.

Образцы под носом

Три образца явились сами. Когда их заметили, они стояли у носовой части последнего в колонне двадцать второго корабля и с удивлением наблюдали за происходящим. Капитан Сомир лично привёл их к командующему. — На шестом этапе требуется захватить образцы, — доложил он Круину. — Я знаю, что вам требуются более интересные экземпляры, но эти я обнаружил под самым носом.

— Под носом? Совершить посадку и сразу же обнаружить, что чужеродные существа осматривают ваш корабль? Где же ваши защитные меры?

— Меры защиты выполнены ещё не полностью. Для этого требуется время.

— А чем же занимались ваши наблюдатели? Спали?

— Никак нет, сэр, — в отчаянии ответил Сомир. — Они не сочли нужным объявлять всеобщую тревогу из-за таких существ, как эти.

Круин с неохотой согласился с ним. Он с презрением посмотрел на пленников. Трое детей. Один из них — мальчик, ростом по колено Круину, курносый. Он стоял, держа во рту свой кругленький кулачок. Рядом с ним — тонконогая, с косичками девочка — очевидно, постарше мальчика. И, наконец, девушка, ростом почти с Сомира, немного угловатая; тонкая одежда на девушке выдавала намечающиеся женские формы.

Все трое были веснушчаты, с огненно-рыжими волосами.

Высокая девушка обратилась к Круину.

— Я — Марва, Марва Мередит. — Потом, показывая на своих спутников, добавила: — Это Сью, а это — Сэм. Мы живём вон там, в Вильямсвилле. — Она улыбнулась Круину, и тот вдруг заметил её поразительно красивые зелёные глаза. — Мы собирали голубику и увидели, как вы едете.

Круин что-то проворчал и сложил руки на животе. Тот факт, что формы жизни на этой планете были явно такими же, как на его родине, не произвёл на него ровно никакого впечатления. Так же, как и весь учёный мир его планеты, Круин считал, что высшие формы жизни должны быть непременно человекоподобными.

— Я не понимаю, что она говорит, — сказал Круин, обращаясь к Сомиру, — а она не понимает гульдского языка.

— Так точно, сэр, — согласился Сомир. — Прикажете отправить их к нашим воспитателям?

— Нет. Они недостойны этого.

Круин с отвращением разглядывал веснушки на лице мальчугана. Это явление было для него неизвестным.

— На них какие-то пятна. Очевидно, это болезнь. Вы пропустили их через стерилизационно-лучевую камеру?

— Так точно, сэр. Я позаботился об этом.

— В дальнейшем поступайте таким же образом.

Круин перевёл свой повелительный взгляд с мальчика на девочку с косичками. Что-то удерживало его от того, чтобы посмотреть на высокую девушку. Но он знал, что ему придётся это сделать. Их взгляды встретились. Её спокойные зелёные глаза внушали ему чувство какого-то смутного замешательства. Девушка ещё раз улыбнулась ему. На её щеках заиграли весёлые ямочки.