Парень, который будет жить вечно (рассказ)

Парень, который будет жить вечно (рассказ)

Фредерик Пол

Парень, который будет жить вечно (рассказ)

I

На семнадцатый день рождения Стэна пришелся Божий Гнев, какой случался примерно каждые шесть недель. Стэн был в квартире один, он нарезал овощи для обеда по случаю своего дня рождения, когда почувствовал знакомый внезапный, всепоглощающий, дезориентирующие сексуально возбуждающий приступ головокружения, который все называли Гневом и причины появления которого никто не понимал. Крики и сирены на улице свидетельствовали, что другие тоже почувствовали это. Когда начался приступ, Стэн сумел уронить нож на пол, чтобы не порезаться, и с трудом сел на стул, пережидая беду.

Говорили, что приступы Гнева ужасны. Что ж, так оно и было. Когда приступ одновременно случается у всех на Земле - и не только на Земле: на кораблях в космосе, в колониях на Марсе и Венере, когда это происходит в один и тот же момент, количество несчастных случаев и жертв становится неизбежно огромным. Лично Стэн не возражал против таких приступов. Похоже на то, что неожиданно попадаешь в обширный одинокий эротический сон. Наверное, думал Стэн, так бывает, когда здорово наберешься. Эротическая часть сна не очень отличалась от видений, которые время от времени бывают у самого Стэна, а когда Гнев проходит, нет никакого похмелья.

Когда приступ кончился, Стэн встряхнулся, подобрал с пода упавшие предметы и включил местные теленовости, чтобы узнать, как сильно отразился Гнев на жизни города. Достаточно сильно. Пожары. Столкновения машин - агрессивные водители Стамбула рассчитывают на свои мгновенные рефлексы, избегая столкновений, и когда Гнев отнимает у них эти рефлексы, тут же начинаются аварии. На этот раз хуже всего было то, что произошло с нефтяным танкером, заходившим в Золотой Рог. На мостиках танкера и обоих буксиров все одновременно потеряли способность действовать^ л танкер медленно и неотвратимо надвинулся на один из больших туристических кораблей, стоявших у причала Старого города, и мгновенно вспыхнул.

Подобно всем подросткам, Стэн легко переносил несчастья других. Он только надеялся, что всеобщее смятение не помешает отцу вовремя вернуться с обещанными шафраном и мидиями для жаркого. Покончив с овощами и положив их в холодную воду, он отобрал несколько старых дисков из своего драгоценного собрания - на этот раз Диззи Гиллеспи, Джек Тигарден и «Пять плюс три» Файрхауза - и сел в ожидании. Перелистывая страницы своих комиксов, Стэн гадал, останется ли на этот раз отец настолько трезв, что не забудет сделать ему подарок на день рождения.

Именно в этот момент появились полицейские.

Их было две, мужчина и женщина, и они подозрительно осмотрели убогое жилище.

- Здесь жил американский гражданин Уолтер Эвери? - спросила женщина, и прошедшее время в ее вопросе сразу все объяснило.

Факты сообщили быстро. Отец Стэна попал в статистику жертв Гнева. Он как раз переходил улицу, и под действием приступа его сбил шофер такси. Женщина сразу сказала, что найти виновного невозможно: Гнев, вы ведь понимаете. Шофер давно исчез. К тому же свидетели утверждали, что отец Стэна в тот момент был пьян. Конечно.

Мужчина-полицейский пожалел Стэна.

- По крайней мере он не мучился, - грубовато сказал он. - Умер сразу.

Женщина была нетерпелива.

- Итак, вы извещены, - сказала она. - Вам следует до полуночи забрать тело из морга, иначе придется платить за хранение за каждый лишний день. До свидания.

И они ушли.

II

Итак, ни шафрана, ни мидий для праздничного обеда не будет. Стэн отыскал несколько кусочков ветчины и бросил их в кастрюлю с овощами. Поставив кастрюлю на огонь, он сел, охватив голову руками, чтобы подумать, что значит быть американцем - ну, полуамериканцем - и сиротой в огромном городе Стамбуле.

Очевидными были два факта. Во-первых, долгожданный день, когда его отец протрезвеет, отвезет его в Америку и у них начнется новая жизнь, - этот день никогда не наступит. Из первого факта следовал второй: у Стэна нет и не будет денег, чтобы учиться в колледже и осуществить свою заветную мечту - полететь на астероид Врата и пережить множество удивительных приключений. У него нет и не будет ни одного шанса присоединиться к мужественным и колоритным старателям Врат, которые летают в разные концы Галактики. Ему никогда не открыть сокровищницы драгоценных предметов, оставленных исчезнувшим древним народом хичи. И поэтому ему не стать ни знаменитым, ни богатым.

Ничего из этого не стало для Стэна сюрпризом. Вера в то, что мечты сбудутся, постепенно рассеивалась с того момента, как он достиг возраста, когда появляется возможность критически воспринимать окружающее, - в двенадцать лет. Но все эти мечты казались хотя бы теоретически возможными. Теперь, по-видимому, даже такой возможности нет.

И только тут Стэн позволил себе заплакать.

Стэн приводил в порядок кухню после своего безвкусного праздничного обеда, когда в дверь постучал мистер Озден.

Мистеру Оздену лет семьдесят. На взгляд Стэна, ему могло быть и сто. Это сморщенный уродливый старик, с лысой макушкой, но с еще черными щетинистыми усами. Это был самый богатый человек из всех, кого знал Стэн. Ему принадлежал дом, в котором Стэн жил, два соседних дома, а также бордель, занимавший два этажа в одном из них. Мистер Озден был глубоко религиозен и так предан заветам своей религии, что не допускал алкоголь в свои владения, за. исключением борделя, да и то только для посетителей-немусульман.

- Глубочайшие соболезнования по поводу твоей потери, юный Стэнли, - гулко проговорил он своим удивительно громким голосом, автоматически разглядывая окружающее в поисках запрещенной бутылки виски. (Он никогда не находил алкоголь: для этого отец Стэна был слишком предусмотрителен.) - Ужасная трагедия, но кто может оспаривать пути Господа? Каковы твои планы, если я могу спросить?

Стэн уже подавал ему чай, как всегда делал отец. - Пока еще не знаю, мистер Озден. Вероятно, мне нужно будет найти работу.

- Да, это так, - согласился мистер Озден. Положив в рот миндальное печенье, поданное в блюдце, он разглядывал мальчика. - Может, будешь работать в американском консульстве, как твой отец?

- Может быть. - Однако Стэн знал, что этого не произойдет. Разговор об этом уже был. Американцы не собираются нанимать переводчика моложе двадцати одного года.

- Это былр бы замечательно, - провозгласил мистер Озден. - Особенно если произойдет быстро. Как ты знаешь, платить за квартиру нужно завтра, а еще нужно заплатить за прошлую неделю, а также и за предыдущую. Как ты думаешь, тебе хорошо будут платить в консульстве?

- Все в воле Божьей, - как можно набожней ответил Стэн. Старик кивнул, разглядывая мальчика. От этого взгляда Стэн почему-то почувствовал себя неловко.

- Если хочешь, - сказал наконец старик, показывая в улыбке дорогие зубы, - я поговорю о тебе со своим братом.

Стэн выпрямился: двоюродный брат мистер Оздена работал у него содержателем борделя.

- Вы думаете, я смогу работать у него? Но что я буду делать?

- То, за что хорошо платят, - строго ответил мистер Озден. - Ты молод и, мне кажется, здоров. Если повезет, сможешь заработать хорошие деньги.

Что-то зашевелилось в животе и чреслах Стэна. Ощущение не очень приятное. Время от времени он видел, как проститутки, работающие у двоюродного брата мистера Оздена,

загорают на плоской крыше, когда посетителей немного. С ними бывают один-два мальчика. Обычно они моложе его, преимущественно курды или выходцы из горной Анатолии. Но бывают также из Алжира и Марокко. Похоже, надолго они здесь не задерживаются. Стэн и его друг Тан часто развлекались, выкрикивая им оскорбления с безопасного расстояния. Ни один из этих мальчиков не казался особенно счастливым.

Прежде чем Стэн смог ответить, мистер Озден продолжил: