В чьих интересах действует Путин

С другой стороны, если суд карами не остановит преступность, то кому нужны такие судьи? Народ таких судей просто не изберет, да и сами судьи будут понимать, что напрасно народные деньги прожирают. Ведь в СССР суды избирались народом, а отвечали за свои приговоры не только перед начальством (хотя это и тогда было законом запрещено, но как без этого), но и прямо перед народом.

Для примера, отчет «Работа Московского городского суда по уголовным делам в качестве суда 1-й инстанции» (обратите внимание, за какой период суд отчитывался!):

«Карательная политика судебной коллегии Московского городского суда по 1-й инстанции по делам общей подсудности за июль – август 1941 г. была следующей:

Из 157 привлеченных к уголовной ответственности:

– осуждено 116 – 73,8 %;

– оправдано 27–17,2 %;

– прекращено дело в отношении 14 человек— 9 %».

Приговорены к расстрелу из этих 116 осужденных – 5 человек. Прекращены дела в отношении одного – из-за его невменяемости, еще одному сочли его деяние административным правонарушением и у остальных прекратили дело за отсутствием общественной опасности их деяний. И по количеству оправданных суд сделал втык НКВД и прокуратуре: «Значительный процент оправданных объясняется неосновательным привлечением по отдельным делам к уголовной ответственности, без наличия достаточных улик в отношении привлекаемых». То есть суд оправдал подсудимых, хотя сам не был уверен в их невиновности, но халтура следователей и прокуроров не проходила даже в условиях начавшейся войны! Вот так работает суд, когда защищает граждан своей страны от преступников.

Еще пример. Было это в начале 60-х, я был еще пацаном. Три, по нынешней терминологии, «гопника» «тусили» на улице, мимо них шел подвыпивший работяга завода, на котором работал мой отец, один из гопников на спор с другими взялся завалить этого работягу одним ударом кулака. Завалил, работяга ударился о бордюр основанием черепа и умер.

Судили этих трех гопников в заводском клубе, зал на 300 мест был полон. Председательствующий судья и два народных заседателя вместе с секретарем сидели за столом на сцене, прокурор – за столом справа от них, подсудимые, адвокаты и конвой – в первом ряду. Для допроса подсудимые, свидетели и эксперт поднимались на сцену. Хотя само убийство видели только гопники, но суд разбирался с их личностями и вызвал много свидетелей, характеризующих этих гопников, посему суд шел весь день с перерывом. Порядок в зале обеспечивал один участковый. Я это запомнил, поскольку, когда гопота, сидевшая в зале, что-то выкрикнула в поддержку своих судимых товарищей, наш болезненного вида участковый бросился их задерживать, но они выскочили через распахнутые двери клуба на улицу и удрали. Никакой другой милиции в клубе не было. Суд выслушал дело, посовещался в гримерной: подсудимому, ударившему и убившему пьяного, – расстрел, остальным по 5 лет. Вышестоящие инстанции приговор не изменили, Верховный Совет не помиловал.

А недавно смотрю ролик видеозаписи из вестибюля какого-то ресторана. Три мужика спокойно разговаривают с минуту, вдруг сбоку, из зала ресторана выскакивает кавказец и практически сзади бьет одного из троих по голове, тот падает, далее выясняется, что ударяется затылком о каменный пол и умирает. Суд назначает этому лихому кавказцу наказание – два года условно.

И вы с такими судами хотите остановить преступления? А у вас головка не бо-бо?

В 190-миллионном СССР в 1940 году было 6549 убийств, сегодня, в 140-миллионной РФ по официальной статистике около 20 тысяч убийств в год, а с приплюсованием того, что официальная статистика не считает, то до 80 тысяч в год. Всех видов преступлений в 1940 году по всем СССР было 1 253 357, хотя, как это и ни кажется странным, учитывая войну, но к 1946 году при некотором понятном росте числа убийств (10 304) общая преступность снизилась до 546 275 при раскрываемости 90,8 %.

Не буду сравнивать с нынешней РФ, поскольку меня впечатлили числа по Москве, с ее нынешней численностью населения в 12 миллионов человек. 21 января этого года в пресс-центре «АиФ» состоялась пресс-конференция «Как часто воруют в Москве: квартирные и карманные кражи». Не буду мельчить на кражи, остановлюсь только на общей преступности: «В 2013 г. граждане подали в органы внутренних дел 28,35 млн заявлений (мне это число не понятно. – Ю.М.) о преступлениях, но только по каждому 16-му было принято решение о возбуждении уголовного дела. Из возбужденных 1,76 млн уголовных дел не раскрыто около 950 тысяч». То есть сегодня в одной Москве совершается преступлений в 3 раза больше, чем во всем СССР в 1946 году! Но поскольку Москва по численности населения в 15 раз меньше, чем тогдашний СССР, то в расчете на 100 тыс. населения это больше в 45 раз! И это при раскрываемости в 54 %.

Вот вам численная разница между судьями, защищающими народ, и бабами в черных халатах, защищающих только тех, кто у власти.

Тем, кто в теме, мое утверждение, что у нас нет судов и судей, объяснять не надо – им и так все понятно. Остальным объяснять долго, но все же попробую в двух словах.

Согласно Основам конституционного строя, которым не может противоречить ни одно положение Конституции РФ и ни один закон, народ имеет высшую власть, и осуществляет ее либо непосредственно, либо через органы государственной власти, а именно, осуществляет свою власть посредством референдума и выборов этих органов. Из этих же Основ конституционного строя следует, что судьи – это один из трех органов государственной власти, следовательно, чтобы судьями стать (чтобы судьям стать государственной властью), они должны избраться народом. Все! Не избраны – не судьи! Однако в последующих главах Конституции устанавливается, что судьи не избираются, а назначаются Президентом. Это противоречащее Основам конституционного строя положение должно было быть исправлено еще в 1994 году Думой и Президентом, но этим типчикам у власти выгодно иметь в судьях не тех, кто репрессиями защищает народ, а тех, кто репрессиями защищает их. И они это преступное и недействующее положение Конституции по назначению судей не меняют. В итоге с 1993 года Дума и Президент лишили народ судебной защиты.

Мало этого, даже в таком виде режиму в РФ нужны в судьях покорные типы, способные без зазрения совести вынести какой угодно приговор по указанию власти. А бабы всегда более покорны, нежели мужики, поэтому у нас в судьях практически одни бабы или бабоподобные мужики. Казалось бы, для режима в РФ это хорошо, но бабы трусливы – они боятся всех и всего – своего непонимания рассматриваемого дела, боятся прокуроров, боятся любого начальства. И, что для народа особенно страшно, они боятся крутых преступников – тех, кто может их убить. Это уже лет 10 назад было установлено статистикой, что бабы в судьях дают максимальные сроки самым беззащитным, скажем, матерям-одиночкам, и минимальные сроки – рецидивистам. А мы удивляемся, что кавказец за убийство получил два года условно. Ну как баба вынесет приговор кавказцу – она же его бздит!

Подвожу итог. Бесполезно и вредно натравливать русских на кавказцев, да и не получится – русские уже много веков не имеют опыта сбиваться в родовые стаи. Выход один – добиваться, чтобы Дума и Президент сделали суды выборными. Начнем избирать в судьи настоящих мужиков, вслед за судьями появятся настоящие прокуроры и менты – помощники судей.

А против этого государственного сообщества никакое национальное сообщество (хоть кавказское, хоть китайское, хоть еврейское) не устоит.

2014 г.

Фашизм в наглом виде

19 июля 2015 года я взял билет на Симферополь, 24-го перелетел в Крым, оставаясь на постоянной связи с Москвой. С 25.07 я с женой и внучкой 8 лет поселился в коттедже на мысе Толстый, на Северной стороне Севастополя. Коттедж находится в 150 метрах от пляжа, и я ходил по утрам и вечерам к морю плавать только в плавках и шлепанцах. 28 июля в 8 утра я вышел из моря, и на выходе с пляжа меня остановил полицейский патруль из трех человек, старший назвался сержантом Пархоменко, и предложил мне, как есть, сесть к ним в машину, чтобы они отвезли меня в райотдел полиции. Я отказался, требуя дать мне подняться в коттедж, одеться и взять паспорт, однако, связавшись с начальством, патруль мне в этом отказал и силой привез меня в райотдел, причем сержант сначала согласился подвезти меня к коттеджу, чтобы жена и внучка знали, что я не утонул, но, связавшись с начальством, отказал и в этом.