Воспрещается

Воспрещается

Эрнест Маринин

Воспрещается

Ян Багер натянул скафандр на широкие костистые плечи и пошевелил корпусом, расправляя упругую ткань. Закрепил ремнями башмаки, прошелся по кабинету. Встал, как предписано инструкцией, между двумя зеркалами, укомплектовал наружные карманы проверенным и заправленным носимым оснащением: энергоблоком, блоками связи, жизнеобеспечения, перемещения в пространстве и времени, мимикроблоком, лингвоблоком… Присоединил шлем, защелкнул крепления, включил контроль герметичности, а сам тем временем вывел на экран монитора задание – нет ли изменений. Редко, но случается. Диспетчерской службе могут в последний момент сменить ранжирование. Да нет, все по-старому.

«Оператор: Ян Багер.

Должность: старший оператор

Объект: G2 03-40-09-Н-23-28-08-R-246.6.04_02

РВСт: 18.06.19.08.54:27

РВВозвр: 18.06.19.10.05:38+06

Программа: ПОИСК – РАСПОЗНАВАНИЕ —

ДИАГНОСТИРОВАНИЕ АВ ПО ДИАГНОЗУ»

Еще раз не без удовольствия прочел вторую строчку. Все-таки дали старшего. Давно пора. И стаж позволяет, и опыт, и квалификация. А что нет громких успехов – ничего не поделаешь, успех не от Разведчика зависит, он обследует ту систему, какую выберут Координаторы. Так что успех или неуспех – не заслуга Разведчика и не вина его. Да и задача у него другая. Ему не сенсации добывать, ему нужно добросовестно обследовать систему. Если цивилизации нет, так убедиться на сто один процент, что ее нет. А если уж нашлась – изучить толком, разобраться, не составляет ли она угрозу для Земли. Сиюминутную или потенциальную. Военную, экономическую, биологическую, экологическую, культурную, мало ли еще какую… Все-таки Безопасность Планеты превыше всего. А дальше – по обстановке: найдется что-то новое, хотя бы интересные идеи, – позаимствовать, непонятное – зарегистрировать, прекрасное – скопировать…

Самое серьезное, конечно, это диагноз. Тут промахнуться нельзя. Вселенная – довольно большое место, звезд и планет в ней чертова уйма, на каждую заглянуть хотя бы по разу – дело невозможное, так что если уж оказался на месте Разведчик, то должен с одного раза разобраться, сделать заключение и, если что, выполнить АВ – Активное Воздействие.

Какое именно Воздействие, больше всего зависит от возраста цивилизации. Основные объекты Воздействий – минусовые культуры, пока еще не достигшие возраста Земли. Ну, с ними все ясно. Во-первых, если минус глубокий, – Воздействия нравственные. Дух чужой цивилизации должен развиваться так, чтобы не составить угрозу для Земли. Чужая культура должна быть миролюбивой и справедливой… И техника Воздействия не представляет трудности: как правило, хватает чуда. Или нескольких последовательных чудес. А дальше сработает местная мифология, религия или что там у них на месте найдется подходящего.

Сложнее дело обстоит с нулевыми культурами, у которых влияние религии обычно слабее. Порой удается что-то сделать с помощью чудес современных, вроде телепатии, астральных путешествий, избирательной трансмутации, реанимации или реинкарнации. Но иногда всего этого не хватает, приходится прибегать к более радикальным мерам, вплоть до индивидуального или даже группового террора, ничего не поделаешь, Безопасность Планеты превыше всего. Закон природы… Хотя, конечно, это крайности, куда лучшие результаты дает Модифицирующее Поле. Тихо, спокойно, без эксцессов. Дорого, правда: не меньше трех спутников на планетостационарных орбитах, поиск частот, режимов, гармонического состава излучения. Зато эффективно, радикально и надолго.

Но даже эти меры помогают не всегда, частенько с нулевыми приходится работать долго и плотно, только действиями Разведчика дело не заканчивается, в ход идет культурная экспансия, межпланетная торговля и все доступные легальные методы. Ну, в основном легальные… В общем, это работа уже других специалистов: Миссионеров, Торговцев, Дипломатов.

Самый крепкий орешек – плюсовые. Но с ними Багер дела пока не имел, слава Высшей Идее. Почти не имел. Среди девяноста открытых им культур не было ни одной выше плюс десяти во второй степени, то есть старше земной цивилизации более чем на пару сотен лет. Хлопотная работа, приходится становиться невидимкой…

Мысли Багера были прерваны сигналом. Пора в камеру очистки. Эти пятнадцать минут перед стартом, пока автоматика очищала и стерилизовала костюм, служили для сосредоточения и настройки. По традиции, первые три минуты в наушниках звучал Гимн Планеты, а потом наступала тишина, в которой Разведчик мог довести до нужного состояния свой дух. Чем чаще входил Багер в камеру очистки, тем больше он любил эти моменты. Оттачивал умение вслушаться в себя и ощутить духовное перерождение. Сначала – приподнятость и восторг, гордость от оказанного ему Планетой доверия, волнующую и трогательную, от которой щипало в глазах и перехватывало горло, а потом – странное и неописуемое, чего никогда не приходится ощущать в обыденной жизни.

Его разум как будто отделялся от тела, воспарял и, свободный от оков плоти, расширялся, захватывая всю Вселенную, Багер становился мудрым и окрыленным, исчезали всякие границы для мысли, для ее мощи и свободы. В такие моменты ему случалось вдруг, как бы во внезапном озарении, решать загадки, не дававшиеся годами…

Инструктора объясняли, что это всего лишь стимулирующее нейрорезонансное облучение низких и сверхнизких частот, им обрабатывают Разведчика перед стартом, чтобы обострить его способности. Что ж, резонансное так резонансное. Может, оно и неплохо, когда чудо имеет четкое и вроде бы понятное название, тогда оно уже и не чудо, а дело привычное и надежное. Хотя на самом-то деле…

Следующий сигнал, пора.

Три шага вперед, в стартовую.

На табло засветились координаты, Багер последний раз сравнил их с теми, что были указаны в задании. Без изменений – ну и отлично.

Он сдвинул пятки и прижал руки к телу, чтобы уменьшить объем защитного поля. Включил блоки жизнеобеспечения, связи и пространства-времени, поднял глаза. На внутренней поверхности шлема высветился знакомый рисунок зеленых сигналов. Багер подождал несколько секунд, пока стабилизируется режим, дождался желтого огонька в центре поля, сообщил диспетчеру о тридцатисекундной готовности. Приятный женский голос подтвердил маршрут и время. Включился обратный отсчет. Это был не ритуал, а необходимость. Подпространство эксплуатировали не только Разведчики. И, по слухам, не только земляне.

Багер стартовал точно по нулю отсчета. Как и сотни раз прежде, он попытался уловить хоть какие-то впечатления от перехода, но ничего не вышло. Выходило только у О’Доннелла: он говорил, что подпространство заполнено вихрями тускло-красного цвета на лиловом фоне и что оно шумит. Но он, наверное, врал. Пылкая кельтская натура…

Не было никаких вихрей, никаких шумов, просто стартовая исчезла, и тут же вокруг Багера возникло черное небо, густо утыканное звездами, гуще, чем возле Земли, было там намного больше белых и голубых гигантов, а где-то под ногами горела желтая звезда величиной с лимон. Багер, плавно двигая руками, повернулся к ней лицом и включил программу ориентации. На щитке шлема высветилась бледно-зеленая координатная сетка, а потом замигали яркие разноцветные точки – искатель указывал планеты. Как всегда, Багер начал с самой близкой к звезде. Он работал по привычной программе: полярная орбита, экваториальная орбита, при необходимости – посадка.

Садиться пришлось на четвертую планету.

Дверь в корчму распахнулась. На пороге, оглядывая грязноватый полутемный зал, остановился высокий незнакомец в богатой дорожной одежде. Из-под широких полей шляпы посвечивали три розовых глаза. Брезгливо вздрагивал клапан дыхала, кривился на левую сторону рот между двух рядов аккуратно вычесанной голубой щетины. Верхние руки, растопырив локтями алый плащ, опирались на грудной рог, нижние, в перчатках змеиной кожи, сжимали длинную рукоятку меча. Ноги, от ступни до самого колена закованные в бронзу, крепко впивались когтями в порог неистираемого медного дерева.